В Анталии Имане Моти, арестованная по жалобе Османа Весека, который с помощью скрытой камеры выявил, что его жена применяет насилие к их 1-летней дочери, заявила, что ударила ребенка только один раз, и попросила освобождения, сказав: «Моя психика нарушена. Я совершила ошибку. Признаю свою вину. Скучаю по запаху моей дочери».
В 2023 году Осман Весек женился на Имане Моти из Марокко, и у них родилась дочь. Обнаружив синяки на теле дочери, Весек спросил жену, и она ответила, что ребенок часто падает, так как только начал ходить. Осман Весек, обеспокоенный предупреждениями окружающих и синяками на теле дочери, установил в доме скрытую камеру. Просмотрев записи, он увидел, что его жена применяет насилие к дочери. Весек подал жалобу на жену с видеозаписями в руках. После жалобы Моти была задержана и арестована судом.
ВПЕРВЫЕ ПЕРЕД СУДОМ
Имане Моти, обвиняемая в «мучениях и легких телесных повреждениях», впервые предстала перед судом 34-го уголовного суда. В своей защите Моти заявила: «Моя психика нарушена. Я очень сожалею, что ударила свою дочь. Прошу второй шанс. Хочу отметить, что ударила ребенка впервые. На видео видно, что ребенок упал с дивана, когда держался за мою ногу. Я не знаю, как я могла так поступить. Я заметила это, когда посмотрела записи. Раньше я никогда не била своего ребенка».
ОТКАЗАЛАСЬ ОТ ВИДЕОЗАПИСЕЙ, СКАЗАВ «УДАРИЛА ОДИН РАЗ»
Имане Моти ответила «Да» на вопрос председателя суда: «Правда ли, что вы делали макияж, пока ребенок плакал?» На вопрос о том, что она схватила ребенка за шею и бросила на диван, обвиняемая сказала: «Я ударила только один раз». Председатель суда перечислил нанесенные побои, на что обвиняемая сказала: «Очень сожалею, ударила один раз».
РАНЬШЕ ТОЖЕ БРОСАЛА РЕБЕНКА НА ДИВАН
Осман Весек, заявив, что его жена пренебрегает дочерью, сказал: «Меня неоднократно предупреждала моя семья. Моя жена и ребенок оставались в Марокко около 6 месяцев. В это время семья моей жены тоже предупреждала меня. Когда ребенку было всего 4 месяца, у нас с обвиняемой произошел словесный конфликт, пока ребенок ел у моей матери на руках. Во время спора обвиняемая схватила ребенка за ногу и бросила на диван. Ребенок сильно упал на пол. Я сразу вызвал 112. Мы поехали в больницу следом за скорой помощью. Позже обвиняемая пыталась свалить вину на меня и мою мать. Мы даже пошли в полицию и дали показания».
МЕНЯ ПРЕДУПРЕЖДАЛА МОЯ СЕМЬЯ О НАСИЛИИ
Весек сказал: «Отец обвиняемой хотел увезти дочь в Марокко на три месяца. Однако я сказал, что ребенок останется здесь. Несмотря на это, он сказал: ‘Три месяца ничего не значат, я о них позабочусь’, и увез мою жену и ребенка в Марокко. В это время моя жена и ребенок оставались в Марокко 6 месяцев. Я постоянно проводил видеозвонки с ребенком. Во время звонков я заметил, что ребенок кашляет. После моих настойчивых просьб они вернулись на шестой месяц. Через два дня после возвращения я отвез ребенка в больницу в Конье. Ребенку поставили диагноз пневмония, и мы провели в больнице 10 дней. После больницы мы оставались с семьей в Конье 5 дней. В это время моя семья снова меня предупреждала. Моя мать сказала мне, что обвиняемая хотела ударить ребенка тапком, когда злилась, но не смогла сделать этого, пока моя семья была рядом».
«УСТАНОВИЛ КАМЕРЫ В ДОМЕ»
Осман Весек, заявив, что решил установить камеры в доме, когда понял, что его жена склонна к насилию, сказал: «После всех этих событий я установил камеры в нашем доме в Анталии. Пока моя жена и ребенок были в Конье, я обустроил дом. В течение примерно двух недель я наблюдал за записями с камер. На основании увиденного я подал жалобу на обвиняемую. Я узнал, что она ударила ребенка даже в коляске. Один из соседей предупредил меня, что моя жена ударила ребенка на улице. Я сказал, что слежу за ситуацией».
«ХОЧУ, ЧТОБЫ ЕЕ НАКАЗАЛИ»
Весек, заявив, что считал, что его ребенок подвергался насилию еще до установки камер, сказал: «До установки камер я видел синяки и покраснения на различных частях тела моего ребенка. Моя жена объясняла это укусами насекомых или тем, что ребенок сам упал. По всем этим причинам я подал жалобу на обвиняемую. Я прошу провести расследование и наказать ее».
ОБВИНЕНИЯ СОСЕДА В НАСИЛИИ
Свидетель Д.Г., утверждающий, что видел, как Имане Моти применяет насилие к ребенку, сказал: «Я видел, как обвиняемая, наша соседка, несколько раз ударила ребенка по лицу и кричала на него, когда он был в коляске. Я был на другой стороне дороги и шел с моим ребенком. Затем я позвонил ее мужу и рассказал о ситуации».
«Я НЕ ПРИЗНАЮ ЭТИ ОБВИНЕНИЯ»
Обвиняемая Имане Моти, отвергая обвинения, сказала: «Эта женщина клевещет на меня. Я ее совсем не знаю. Я никогда не била своего ребенка на улице. Я всегда говорю с ребенком на турецком. Я не признаю эти обвинения. Я очень люблю свою дочь. Мой муж сказал мне: ‘Забирай ребенка и уходи’. Я позвала своего отца, но мы не смогли найти компромисс. Я взяла дочь и уехала в Марокко на 6 месяцев. Я совершила ошибку. Признаю свою вину. Скучаю по запаху моей дочери. Хочу быть рядом с ней».
ЗАПРОСИЛИ ОТЧЕТ О ПСИХИЧЕСКОМ ЗДОРОВЬЕ
Судебная коллегия запросила отчет о психическом здоровье обвиняемой, чтобы выяснить, в порядке ли она, и отложила заседание.
«ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ СОСТОЯНИЕ РЕБЕНКА НЕ ХОРОШЕЕ»
После заседания Осман Весек заявил: «Психологическое состояние моего ребенка сейчас не хорошее. Я замечаю, что он просыпается ночью от страха, часто кричит, иногда бьет себя, дергает и вырывает волосы. Я собираюсь обратиться в соответствующие учреждения по поводу психологического состояния моего ребенка и буду следить за его состоянием. Ребенок остается с моей матерью в Конье. На суде обвиняемая заявила, что не совершала этих действий, несмотря на наличие видеозаписей, и даже если совершала, то не помнит этого. Она сказала, что сожалеет и расстроена. Однако ее поведение и действия не убедительны».
«Я ПРОСИЛ ИЗМЕНИТЬ КВАЛИФИКАЦИЮ ПРЕСТУПЛЕНИЯ, НО ЭТО БЫЛО ОТКАЗАНО»
Адвокат истца Онурджан Эроолу заявил: «Установлено, что ребенок заболел из-за чрезмерного плохого обращения и находился под наблюдением в Детской больнице Коньи. Мы подали запрос в суд по этому вопросу. Мы запросили предоставить записи из больницы, но суд отказал. В деле есть отчет судебно-медицинской экспертизы. Согласно этому отчету, множественные травмы у ребенка были оценены как ‘простые телесные повреждения’. Однако мы заявили, что эти травмы не являются простыми, и запросили повторное рассмотрение в судебно-медицинском учреждении. Суд отклонил и этот наш запрос. Мы заявили суду, что акты насилия были совершены с намерением убить, и что обвиняемая должна быть судима за покушение на убийство. Однако суд, учитывая размер травм, решил, что покушение на убийство не имело места, и отклонил нашу апелляцию. Мы также запросили обследование педагога, но суд отклонил и этот наш запрос».
