После того как в ходе операции по удалению миомы в больнице Университета Акдениз 33-летняя Гюльшах Гизем Ангъы скончалась, её отец Айхан Ангъы, выступая после оглашения ожидавшегося заключения Института судебной медицины на 5-м заседании по делу, сказал: «5 апреля 2022 года умерли три человека. Я собственными руками похоронил своё единственное дитя. Если мы и живём как живые покойники, то живём. Мы добиваемся справедливости, чтобы упокоить душу моей дочери. То, что мы годами говорили, наконец-то подтвердил Институт судебной медицины». Мать, Виджан Ангъы, рассказала о своей боли словами: «У меня отняли материнство. Я раздала приданое дочери, половина так и лежит. Сколько всего я купила, сколько всего приготовила, но всё осталось внутри меня».
В Анталье после того, как Университет Акдениз дал разрешение на расследование смерти Гюльшах Гизем Ангъы, скончавшейся 5 апреля 2022 года во время операции по удалению миомы в больнице университета, прокуратура Антальи возбудила дело в отношении 10 подозреваемых по статье «причинение смерти по неосторожности». На 5-м заседании, проходившем в 15-м мировом уголовном суде Антальи, присутствовали семья Ангъы, адвокаты сторон и оперировавший и остающийся на свободе хирург Мете Ч. На заседании было оглашено заключение Высшего совета 3-го отдела Института судебной медицины, согласно которому смерть Ангъы связана с перегрузкой жидкостью. По просьбе адвокатов подсудимых, которым дали время для выступления по поводу заключения, заседание было отложено на более поздний срок.
Причина смерти — «перегрузка жидкостью»
В заключении Высшего совета 3-го отдела Института судебной медицины указано, что у Ангъы имелись показания к операции из-за миомы 2-го типа размером 33x32x26 мм, а смерть наступила в результате перегрузки жидкостью во время гистероскопической миомэктомии.
В отчёте отмечено, что во время операции было использовано в общей сложности 24 литра жидкости, в том числе 8 флаконов изотонического раствора по 3 тысячи куб. см. Также сообщается, что разница между введённой в матку и выведенной жидкостью по окончании процедуры была рассчитана как 1500 куб. см. Однако с учётом того, что до операции Ангъы весила 58 кг, а на вскрытии — 74 кг, то есть прибавка составила 16 кг, а также с учётом признаков распространённого отёка и жидкости, введённой во время реанимации, было сделано заключение, что этот расчёт не может быть верным.
Указав, что контроль за дефицитом жидкости входит в обязанность хирургической бригады, Высший совет признал действия ответственного хирурга Мете Ч., продолжившего операцию без расчётов через надлежащие интервалы, медицински необоснованными. Степень влияния его ошибочных действий на наступление смерти была оценена как 4/8.
Совет также счёл медицински необоснованным продолжение операции без выяснения признаков перегрузки жидкостью после того, как примерно на 15–20-й минуте в систему для инфузии пошли жидкость под давлением и кровь. Для анестезиологов Бильге К. и Нуртен К., принявших это решение, степень влияния их ошибочных действий на смерть была определена как 2/8. К остальному медперсоналу медицинских ошибок не отнесли.
«5 апреля 2022 года умерли три человека»
После заседания 69-летний отец Гюльшах Гизем Ангъы, Айхан Ангъы, заявил, что у дочери была выявлена миома 2-го типа размером 33 мм, вызвавшая кровотечение. Он отметил, что они обратились за лечением в больницу Университета Акдениз, и им объяснили, что операция простая и займёт 15–20 минут. Ангъы сказал: «5 апреля 2022 года умерли три человека. Я собственными руками похоронил своё единственное дитя. Если мы и живём как живые покойники, то живём. Но мы добиваемся справедливости, чтобы упокоить душу моей дочери. Мы ищем, где и как её добиться».
«То, что мы годами говорили, сказал СМЭ»
Отметив, что заключение СМЭ было оглашено на 5-м заседании, Ангъы сказал, что адвокаты подсудимых возразили против отчёта и попросили время для защиты. Сообщив, что заседание отложили, Ангъы сказал: «Моего ребёнка, поступившего с весом 58 кг, на обычном вскрытии взвесили как 74 кг. Всё ведь так просто. Этот расчёт не такой уж сложный. Эта жидкость — 16 литров, в мозге от шеи вниз — 400 граммов жидкости. Это написано в обычном вскрытии, установлено в отчётах. Они до сих пор всё это отрицают. Никто не спрашивает: почему масса тела этого ребёнка увеличилась на 16 кг? Но СМЭ всё это им в лицо сказала. Что нам сейчас говорить — что мы счастливы? Наконец-то то, что мы годами говорили, сказала СМЭ».
«Мы хотим узнать, что значит 2/8»
Коснувшись того, что в заключении степень влияния ошибочных действий хирурга на смерть оценена как 4/8, а для анестезиологов — как 2/8, Ангъы сказал: «4/8 — это обвинение хирурга, 2/8 — анестезии. А что такое 2/8, где это? Может, меня обвиняют в том, что я вообще согласилась на операцию? Мы хотим узнать, что значит 2/8. Что это? Пусть, пожалуйста, объяснят».
«У меня отняли материнство»
65-летняя мать Гюльшах Гизем Ангъы, Виджан Ангъы, заявила, что верит в турецкое правосудие, и сказала: «Обращаюсь ко всем судьям и прокурорам, которые ведут дело моей дочери. Я верю, что они сделают всё необходимое. Наши сердца никогда не успокоятся, но хотя бы пусть моя дочь спокойно спит там».
Рассказывая о том, что она пережила после смерти дочери, Ангъы сказала: «У меня один раз отняли материнство. Мы были маленькой семьёй, в будущем должны были вырасти. У меня были бы внуки. У меня отняли материнство. Теперь никто не говорит мне “мама”. Моя Гюльшах — моя звёздочка, я не могу зайти в её комнату. Не могу спать. Они разрушили наше будущее. Она была нашей единственной радостью, они всё разрушили. Я раздала приданое дочери. Половина так и лежит. Сколько всего я купила, сколько всего приготовила, но всё осталось внутри меня».
