Маститая актриса турецкого кино Тюркан Шорай сказала: «Природа — часть нашей жизни, без нее нам не обойтись».
Шорай приняла участие в беседе «Устойчивое развитие в кино: как снимать по-йешильчамски», прошедшей в Зелёной зоне в зале Йесеви Конгресс-центра холдинга Nurol в рамках 31-й Конференции сторон Рамочной конвенции ООН об изменении климата (COP31), которая проходит в Анталье.
В беседе под модераторством Биrola Гювена Шорай отметила, что Анталья всегда поддерживала кино и искусство.
Подчеркнув, что никогда не забывает яркие дни Анталийского кинофестиваля, Шорай сказала: «Анталийцы — очень тёплые люди. Очень приятно, что конференция по глобальному климатическому кризису проходит в этом прекрасном городе».
Шорай подчеркнула, что климатический кризис — одна из самых больших угроз, с которыми сталкивается мир, и продолжила:
«Мы тоже обеспокоены этим ради будущего, ради наших малышей, наших детей, молодёжи. Природа — часть нашей жизни, без нее нам не обойтись. Чистый воздух, кислород, который мы вдыхаем, когда открываем окно, деревья, зелень, леса… Всё это необходимо для жизни всех живых существ на Земле. Надеюсь, решения, принятые на этой конференции, будут воплощены в жизнь. Надеюсь, и мы выполним свои обязанности».
Рассказывая о темпе работы в Йешильчаме, Шорай отметила, что ранний выход на съёмочную площадку не утомлял её, а, наоборот, вызывал волнение.
«В те времена Йешильчама, когда я выходила на улицу в семь утра, этот холодный ветер, бьющий в лицо… Я никогда не чувствовала себя невыспавшейся, будто только что встала с постели», — сказала Шорай и добавила, что это утреннее волнение сопровождало её долгие годы.
Йешильчам: «Кино, создававшее чудеса в условиях нехватки всего»
Шорай назвала Йешильчам «видом искусства, создававшим чудеса в условиях нехватки всего» и сказала, что дефицит рождал на площадках креативность.
Вспоминая эпизод со съёмок фильма «Барaj», где она играла главную роль вместе с Тарыком Аканом, Шорай продолжила:
«В фильме на мне было розовое платье. У меня были розовые серьги. Когда сцены снимаются не подряд, на следующий день продолжают в той же одежде. На следующий день серёг нет. Мой помощник потерял серьги. Нельзя было появиться то с одной серьгой, то без другой — это было бы неуважением к зрителю. Что делать? Из подола моего платья вырезали ткань. Сделали проволоку. Надели её на проволоку. Потом как-то всё это закрепили и сделали мне серьги для ушей. Вот так мы и творили чудеса на съёмках. Это можно назвать чудо-кинематографом. Несмотря на все лишения, главное — верить в проект. Сердца всех бились в унисон, и мы продолжали с тем же волнением, надеждой, любовью, страстью. Все фильмы, которые мы снимали, — поверьте, это фильмы, сделанные с любовью».
«У нас не было караванов, мы гостили в домах»
Шорай рассказала, что в Йешильчаме у них никогда не было гримвагонов, и для переодевания они одевались прямо в машинах, а иногда гостили в домах у местных жителей.
Отметив, что все костюмы в 220 фильмах, в которых она снялась, принадлежали ей, Шорай описала систему тех лет так:
«В каждом фильме обязательно было 18 костюмов. Ночная рубашка, халат, уличная одежда, коктейльное платье… Нам давали список, и мы должны были купить всё, что в нём было. Нужно было идти к портному, шить костюмы, а обувь, сумки, ожерелья, серьги — всем этим мы занимались сами. В каждом фильме половину гонорара мы отдавали на костюмы. Костюм, надетый в одном фильме, нельзя было надеть в другом. Зритель это сразу замечал».
Шорай рассказала, что хранила костюмы в сундуках, а спустя годы по совету друга устроила выставку. Она отметила, что часть костюмов пострадала от затопления на складе, а часть пропала во время переезда в Анкару.
Тем не менее, по словам Шорай, у неё всё ещё осталось немало костюмов. «Например, у меня есть костюм из “Сельви Бойлум”, есть костюм из “Дила Ханым”. Есть костюмы из фильмов, которые полюбились зрителям», — сказала она.
Подчеркнув, что кино — самый впечатляющий вид искусства в мире, Шорай сказала: «Оно обращено к массам. Его влияние огромно. Своими фильмами ты заставляешь зрителей думать. Более того, можешь даже изменить их. Это очень важная профессия. Но, понимая её значение, нужно сделать её главным приоритетом своей жизни. Нельзя думать ни о чём другом и нужно очень много работать».
После выступления супруга министра окружающей среды, градостроительства и изменения климата Мурата Курума, Шенгюль Курум, вручила Шорай цветы.
Во время беседы Шорай поздравила одну из поклонниц с днём рождения и сделала с ней селфи, а в конце мероприятия станцевала под прозвучавшую песню.
«Снова хотела бы быть актрисой»
В комментарии агентству Anadolu в конце мероприятия Тюркан Шорай сказала: «Если бы я снова пришла в этот мир, на сто процентов снова хотела бы быть актрисой турецкого кино в Йешильчаме».



