Смерть во время операции по удалению миомы: заключение СМЭ выявило перегрузку жидкостью и халатность

32-летняя студентка аспирантуры и работница сферы туризма Гюльшах Гизем Анги, 5 апреля 2022 года в Анталье поступившая на операцию в больницу Университета Акдениз из-за выявленной в матке миомы 2-го типа размером около 33 мм, скончалась во время гистероскопической миомэктомии. По уголовному делу, начатому после жалобы семьи, в Анталье в 15-м мировом уголовном суде было возбуждено дело по статье «причинение смерти по неосторожности» в отношении 10 подсудимых, среди которых и профессор, доктор Мете Ч., проводивший операцию, — специалист по акушерству и гинекологии.

УТВЕРЖДЕНИЯ О ДЕМО-УСТРОЙСТВЕ И НЕКВАЛИФИЦИРОВАННОМ ПЕРСОНАЛЕ

В официальной переписке, протоколах и показаниях свидетелей, приобщенных к делу в ходе следствия и суда, содержались утверждения о том, что использовавшаяся во время операции гистероскопическая система не была зарегистрирована в инвентаре больницы и была привезена в клинику как «демо»-изделие. Одним из ключевых вопросов процесса также стал статус допуска и уровень подготовки персонала, задействованного в работе с аппаратом. На четвертом заседании суда для установления точной причины смерти материалы были направлены в Институт судебной медицины.

СУДМЕДЭКСПЕРТИЗА: СМЕРТЬ НАСТУПИЛА ИЗ-ЗА ЧРЕЗМЕРНОЙ НАГРУЗКИ ЖИДКОСТЬЮ

На последнем заседании по делу был рассмотрен отчет Высшего совета 3-го отдела Института судебной медицины от 23 июля 2026 года. В заключении подчеркивалось, что смерть Гюльшах Гизем Анги наступила в результате «чрезмерной нагрузки жидкостью», возникшей во время операции. Сообщалось, что в ходе вмешательства было использовано в общей сложности 24 литра жидкости, в том числе 8 флаконов по 3000 куб. см изотонического раствора, а разница между количеством жидкости, вошедшей в матку и вышедшей из нее, по документам была рассчитана как 1500 куб. см. Однако на вскрытии выяснилось, что весившая до операции 58 кг молодая женщина была взвешена как 74-килограммовая, то есть масса тела увеличилась на 16 кг, и были выявлены признаки распространенного отека. Было отмечено, что даже с учетом жидкостей, введенных во время реанимации (CPR), разница в 1500 куб. см во время операции была бы невозможна, а расчет не отражал реальную картину.

ОПРЕДЕЛЕНЫ ДОЛИ ВИНЫ ХИРУРГИЧЕСКОЙ И АНЕСТЕЗИОЛОГИЧЕСКОЙ КОМАНД

В заключении указано, что контроль разницы между введенной и выведенной жидкостью входит в ответственность хирургической бригады, а ранние признаки чрезмерной нагрузки жидкостью могли быть выявлены при наблюдении анестезиологов. Подчеркивалось, что операция продолжалась без расчета дефицита жидкости через надлежащие интервалы.

  • Ответственный хирург Мете Ч.: Было установлено, что продолжение операции без расчета жидкости через надлежащие интервалы противоречит общепринятым правилам медицины. Степень влияния ошибочных действий Мете Ч. на наступление смерти оценена как 4 из 8.
  • Врачи-анестезиологи Билге К. и Нуртен К.: Сообщалось, что на 15–20-й минуте операции, после появления в системе капельницы жидкости под давлением и крови, операция и подача воды были остановлены, а после проверки ритма и давления было дано разрешение продолжить вмешательство. Совет указал, что такое разрешение было медицински необоснованным, и оценил степень влияния действий анестезиологов на смерть как 2 из 8.
  • РЕАКЦИЯ СЕМЬИ: «5 АПРЕЛЯ 2022 ГОДА МЫ УМЕРЛИ ВТРОЕМ СРАЗУ»

    Ходатайства адвокатов подсудимых, оспоривших заключение и потребовавших повторной экспертизы, суд отклонил. Отец Айхан Анги, заявивший, что не оставит смерть дочери без внимания, сказал: «Говорили, что это будет очень простая операция. Миома размером 33 миллиметра вызывала лишнее кровотечение. Объясняли, что с помощью современного аппарата будут подавать жидкость, миому увидят и удалят, вытянув ее. Сказали, что она быстро выйдет, но она не вышла. 5 апреля 2022 года мы умерли втроем сразу. Я сам похоронил мою девочку. С тех пор мы живем как живые покойники. В заключении 4 из 8 вины отнесены к хирургии, 2 из 8 — к анестезии. А я еще хочу понять, куда делись оставшиеся 2 из 8».

    Мать Вичдан Анги, не сдерживая слез, выразила свои чувства так: «Я верю в турецкое правосудие. С этим заключением нам стало хоть немного легче на душе. Пусть хотя бы моя дочь там спит спокойнее. Они уничтожили мое материнство. Мы были маленькой семьей, они уничтожили и мое право быть бабушкой. Теперь никто не зовет меня “мама”. Часть приданого моей дочери я уже раздала, половина до сих пор лежит. Сколько всего я готовила — все это осталось у меня внутри».

    Между тем стало известно, что семья Анги построила два отдельных конференц-зала, один из которых — в Университете Акдениз, чтобы сохранить имя своей дочери Гюльшах Гизем Анги.